О семинарах для журналистов Общества международного сотрудничества Германии (GIZ) я узнал совершенно случайно из распространенного этой структурой объявления.

Так я оказался на семинаре «Право наследования: законодательство и практика», в ходе которого директор юридической фирмы IJS Law Firm, член Коллегии адвокатов Азербайджана Акрам Гасанов рассказал о вопросах наследования имущества и регулирующих данный процесс механизмах.

Далее мне удалось принять также участие и в других не менее интересных семинарах GIZ по темам «Участие юридических лиц: законодательство и практика» и «Трудовое право: законодательство Азербайджана и практика», призванных довести до журналистов сведения о ситуации в этих областях, о проработанности законодательства и соответствии правового поля европейским стандартам.

Признаться, разброс, разнонаправленность тем и всесторонность подхода подтолкнули меня несколько шире взглянуть на деятельность GIZ и попросить руководителя группы Томаса Германа рассказать о деятельности немецкого Общества в нашей стране.

— Какие направления работы наиболее интересны для CIZ в Азербайджане?

— Наша организация ведет в Азербайджане разнонаправленную деятельность. К примеру, можно назвать проекты, реализуемые в области биоразнообразия, стимулирования экономики и содействия развитию среднего предпринимательства, или же выделить работу по содействию государственной комиссии по вопросам государственной службы. Помимо проекта, нацеленного на содействие журналистам, который сводится к содействию только лишь в юридической плоскости, реализуется также похожий проект, направленный на оказание помощи муниципалитетам, с тем, чтобы помочь в вопросах организации и укрепления независимости этих структур.

— От чего зависит выбор проектов? С предложением о помощи в той или иной сфере к вашей организации обращается правительство Азербайджана или это инициатива самого GIZ?

— Решение о выборе проектов принимают совместно правительства Азербайджанской Республики и Федеративной Республики Германия, а наша организация выступает в роли исполнителя. Такие вопросы, как финансовая емкость проектов, сроки и т.д., определяются сторонами заранее. Но инициатива, конечно, исходит от правительства Азербайджана, которое привлекает немецкую сторону к сотрудничеству по конкретным направлениям и определенным областям.

— Любой проект базируется на эффективности. Даже если речь идет о совместном сотрудничестве. Как следует характеризовать эффективность исполнения проектов GIZ? Какое мерило брать за основу — процент реализации, количество разработанных законопроектов или статей в этих документах, или внесенных предложений?

— Мне сложно хвалить себя, и боюсь, что мой ответ будет необъективным. Оценить, насколько эффективна работа GIZ в Азербайджане, могут, к примеру, судьи, на которых нацелен проект по совершенствованию реформ в правовой сфере, или журналисты, увеличивающие в этой области свою базу знаний. Проект GIZ в Азербайджане по реформам в правовой сфере реализуется уже 15 лет, и протяженность этого срока уже свидетельствует об успехе нашей работы.

— Но ведь определяя эффективность, вы же не исходите только из сроков реализации проектов или даже длительности работы в стране, количества журналистов, прошедших курсы, или подготовленных на тренингах судей. Если проекты носят совместный характер, то, наверное, и методика оценки должна быть какой-то иной, или нет?

— Вы правильно отметили, что в данном вопросе огромную роль имеет именно двустороннее сотрудничество, и нас полностью устраивает уровень подготовки и подходы к работе наших партнеров. Именно это и объясняет отмеченный мной выше факт продолжительности работы в Азербайджане. Это показывает уровень нашего обоюдного сотрудничества. Но отмечу и другой аспект. Мы — единственный проект гражданского общества, который располагается в здании своего партнера. То есть наш офис находится в здании Конституционного суда Азербайджана, что лично я расцениваю как показатель доверия к организации.

— На пространстве СНГ ваша организация имеет офис не только в Азербайджане. Если прибавить к этому какие-то выработанные годами собственные стандарты и подходы к работе, специфику месторасположения и т.д., то можно ли говорить о различии в проектах и их реализации в Азербайджане и других странах СНГ.

— Из стран СНГ я работал в Узбекистане и Кыргызстане,  могу поделиться своим опытом и личным видением. Естественно, как и здесь, там тоже сфера моей деятельности была юридической. Могу сказать, что по тому, как внедряются европейские стандарты, и по желанию применить адаптации к ним, ситуация в Азербайджане намного лучше, чем в этих двух государствах. Есть и другой момент. Азербайджан — член Европейского совета, и потому должен придерживаться определенных этой структурой стандартов и границ. К примеру, если говорить об успехах, то с точки зрения достижений в юридической сфере, в вашей стране в 2011 году была запущена практика административного права, чего пока нет в ряде восточных государств. Теперь, если по тем или иным вопросам суд нарушил права граждан Азербайджана, то они могут обратиться с иском в Европейский суд по правам человека.

— Что бы вы выделили в качестве самого большого успеха GIZ в реформах в правовой сфере?

— Если подходить масштабно, то выделить что-то одно очень сложно. Успехи были, — это бесспорно, причем разные: большие и не очень. Но в качестве конкретного конечного результата я бы выделил разработку административного права Азербайджана. Плюс, повышение подготовки судей.

Не следует забывать, что Азербайджан является сравнительно молодой страной и ей немногим более 20 лет. Республика долгие годы была в составе Советского Союза, и это сыграло свою роль. Уход от этой системы — тяжелый процесс. Посмотрите на показатели Азербайджана с точки зрения времени, и вы увидите, что за короткий срок достигнуты большие результаты. Здесь фиксируются результаты, на достижение которых Германия потратила бы более ста лет, и это тоже в своем роде показатель успеха.

Рауф НАСИРОВ