Газета «Бакинский рабочий» представляет рубрику, в рамках которой будут публиковаться материалы прошлых лет, сохранившиеся в архиве старейшей газеты Азербайджана.

Сегодня мы представляем вниманию читателей новости, увидевшие свет 18 ноября в разные годы

О чем писал БР 18 ноября. По материалам архива газеты.

1938 г.

«Мусье Жордан-ботаник
и дервиш Масталишах»

Постановкой комедии «Мусье Жордан-ботаник и дервиш Масталишах» Азгосдрамтеатр отметил 125-летие М.Ф.Ахундова.
В этой комедии нашли прекрасное выражение особенности таланта М.Ф.Ахундова, принесшие ему славу «азербайджанского  Мольера».
«Мусъе Жордан» по-настоящему веселая комедия. Реалистически сочно, полнокровно обрисован каждый выведенный в ней образ.
Легко развивается остроумно построенный  сюжет комедии. Четыре коротеньких акта дают широкую картину быта и нравов старого Азербайджана.
Действие происходит в 1848 году в Карабахе. У помещика кочевья Такле Муганлу — Гатама Хан Ага гостит ученый путешественник, французский ботаник мусье Жордан. Он-то и вносит сумятицу в мирно текущую жизнь сельских обывателей. Увлеченный его рассказами о Париже, вместе с ним хочет ехать во Францию молодой Шахбазбек, племянник помещика. Но тут на сцену выступают дочка Гатама Хан Ага — Шариф Ниса Ханум и ее мать. «Как... допустить, чтобы жених уехал в Париж, где девушки ходят с открытым лицом и где столько соблазнов для юноши!..» Женщины обращаются за советом к дервишу Масталишаху. Этот плут за 100 червонцев обещает с помощью подвластных ему дьяволов, смести с лица земли и уничтожить Париж. И самое забавное в том, что колдовство дервиша, неожиданно для него самого, «оправдывается»: из Франции получается известие, что Париж охвачен революционным восстанием, король бежал и преданный королю ботаник вынужден отказаться  от поездки с Шахбазбеком.
Используя эту остроумную ситуацию, М.Ф.Ахундов дает острую критику суеверий и разоблачает мошенничество дервишей.
В спектакле «Мусье Жордан» впервые выступили с самостоятельной режиссерской работой М.Зейналов и Б.Шамси.  Молодые режиссеры внесли в спектакль много хорошей выдумки. Особенно остроумно оформлена ими сцена колдовства Масталишаха, хорошо проведенная и исполнителями — заслуженным артистом Р.Дараблы и Ф.Сухейли.
Наиболее удались в спектакле женские образы — Шахрабану Ханум (заслуженная артистка Азиза), Шариф Ниса (артистка —  Назира) и Гюльчохра (С.Мамедова). Они предстают такими, какими их обрисовал М.Ф.Ахундов, — полными всяческих суеверий, но активными, энергичными и по-своему умеющими отстаивать свои права. Очень колоритную и живую фигуру старика помещика создал артист М.А.Алиев.
Несколько холодновато обрисован в спектакле мусье Жордан (А.Кямалов). У М.Ф.Ахундова в этот образ вложено значительно больше юмора. Показывая, в общем, этого представителя европейского ученого мира в положительных тонах, М.Ф.Ахундов, отнюдь, не склонен идеализировать его недостатки. Он высмеивает тщеславную важность ботаника, который стремится превзойти славу знаменитого естествоиспытателя Линнея, в комических тонах рисует он и растерянность буржуазного ученого при получении известия о революции в Париже. В спектакле эти комедийные черты стушевались и образ получился скучным.
Перед азербайджанским драматическим театром стоит большая задача освоения всего драматургического наследия М.Ф.Ахундова. До широкого зрителя пока дошли лишь 2—3 пьесы из 6, написанных писателем. Театр еще остается в долгу перед основоположником азербай-джанской драматургии.

Д.ГЛИКШТЕЙН

1940 г.

Замечательные резервы

Звонкие задорные юные голоса с раннего утра нарушают тишину поселка Лок-Батан. К празднично оформленному парткабинету Молотовского района, где заседает комиссия по призыву в ремесленные училища и школы фабрично-заводского обучения, стекаются десятки краснощеких ребят. По приходе, они окружают агитаторов и членов комиссии, наперебой задавая им множество вопросов. А спросить есть о чем. Самым интересным вопросом является выбор специальности.
Быть оператором, бурильщиком, трактористом, токарем, монтером или же слесарем — это значит иметь почетную профессию нефтяника. Вот почему ребята с увлечением слушают рассказы о героической жизни искателей черного золота, о замечательных  делах бакинских нефтяников. И когда юноши входят в комнату, где заседает призывная комиссия, они твердо заявляют:
— Желаю приобрести профессию нефтяника!
Один за другим проходят призывную комиссию юноши из колхоза имени Али-Байрамова, селения Коби.
В ремесленные училища и школы фабрично-заводского обучения зачисляются комсомолец Бекдамир Агаев, Ага Гусейнов, Захар Ляпин, Нариман Салманов, сын потомственного нефтяника Жора Ерошенко и другие.
В ремесленные училища и школы фабрично-заводского обучения нефтяники Молотовского района посылают молодежь.
АзТАГ

1950 г.

Как американские империалисты осуществляли экономическую агрессию в Китае

ШАНХАЙ. (ТАСС). В статье, озаглавленной «Неопровержимые доказательства экономической агрессии Соединенных Штатов в Китае», газета «Дагунбао» подробно описывает, как американцы в период до освобождения поставили шанхайскую промышленность на грань полного краха.
Идя по пути японских милитаристов, пишет газета, американские империалисты под различными предлогами, в том числе под предлогом «помощи», наводнили после окончания Второй мировой войны шанхайский рынок пшеницей, хлопком, промышленными товарами и даже древесиной для изготовления спичечных коробок. Все это делалось с целью задушить китайскую промышленность и сельское хозяйство.
В течение девяти месяцев, кончая сентябрем 1946 года, Соединенные Штаты ввезли в Шанхай на 25 млрд. гоминдановских юаней медикаментов и 30 тыс. тонн «излишков медикаментов» с островов Окинава. В результате этого 120 из 200 фармацевтических заводов Шанхая прекратили работу.
Ввозимое американцами по демпинговым ценам «излишнее машинное оборудование» почти задушило шанхайскую машиностроительную промышленность. Так, например, шанхайская машиностроительная компания за 4 года после капитуляции Японии выпустила столько же моторов, сколько она производила всего лишь за один месяц в период, предшествовавший антияпонской войне. Шанхай был завален американскими молоком и маслом, и местные молочные фермы были вынуждены резать коров. Текстильным, резиновым, цементным, химическим, табачным и другим предприятиям был нанесен страшный удар американской конкуренцией.
Китайские промышленники, пишет в заключение газета, никогда не забудут этих тяжелых дней. «Американский империализм является смертельным врагом всего китайского народа».

1962 г.

Два урожая в год

Когда зимой прошлого года правление колхоза поручило нашей кормодобывающей бригаде заняться выращиванием гороха, я без большой охоты согласился взяться за это дело. Что поделаешь, сказалась сила привычки. Привыкли мы годами выращивать люцерну, кормовую свеклу, суданку и считали, что для скота и этого вполне достаточно.
Видя мою нерешительность, председатель колхоза т.Тахмазов напомнил мне, что ведь и за кукурузу года четыре назад в колхозе неохотно брались, а теперь за лето   по два урожая выращиваем. А бобовые культуры и в особенности горох товарищ Н.С.Хрущев назвал напарником кукурузы.
— Тогда давайте скорей семена, — сказал я председателю.
Под горох рядом с кукурузой вспахали 20 гектаров, но семян хватило только на 15. И хотя посеяли мы горох уже поздновато — в начале апреля, вместе с кукурузой, он быстро пошел в рост. Дважды посевы прокультивировали и полили. И вот глядим — кукуруза только-только набирает рост, расправляет листья, а горох уже поспевает. Было это в начале июня.
С кормами для коров в то время стало трудновато. Траву с сенокосных участков уже скосили, на пастбищах она высохла, а кукуруза еще не выросла. Вот тут-то и выручил нас горох. С 12 гектаров скосили зеленую массу на подкормку коров, а три гектара оставили на семена. Каждый гектар дал свыше 150 центнеров зеленой массы. И я понял, что это за культура — горох, какую она дает выгоду. Жалел, конечно, что мало посеяли.
Вскоре поспели и стручки на семенном участке. Пошел к механизаторам за комбайном.
— Не до гороха нам, Абдулали. Пшеница и ячмень осыпаются, — ответили комбайнеры.
Я — в правление колхоза: жаловаться на механизаторов. Там тоже говорят, что пшеница куда важнее, чем горох. А зерно осыпается. Жалко. Тогда решили убрать вручную. На гектаре выдергали, а остальные два убрали сенокосилкой. Конечно, без потерь не обошлось. И все же намолотили 14 центнеров, а солому сложили в стог.
После гороха посеяли кукурузу. И она до октября накопила по 250 центнеров зеленой массы на гектаре. Таким образом, с одного поля получили два урожая за семь месяцев.
Сейчас землю снова распахали и посеяли на ней ячмень на зеленый корм, а в марте опять займем участок горохом. На этот раз решили засеять 25 гектаров — 20 гектаров на зеленый корм, а пять — на семена.
Прошлогодних ошибок не повторим. За посевами будем так смотреть, чтобы на каждом гектаре вырастить по 200—250 центнеров зеленой массы и по
20 центнеров зерна.

Абдулали САМЕДОВ,
бригадир кормодобывающей бригады
колхоза  «Октябрь» Сальянского района