От Баку до Хьюстона: SOCAR осваивает новые горизонты

SOCAR и частные нефтегазовые компании расширяют зарубежные активы, превращая международные инвестиции в инструмент укрепления позиций Азербайджана на мировом энергетическом рынке

С недавних пор не только национальная нефтегазовая компания (SOCAR), но и частные компании, вовлеченные в добычу ископаемого топлива, стали выходить на международные рынки и инвестировать в разработку нефтегазовых месторождений за пределами Азербайджана. В частности, «GL Group» - первая частная группа нефтегазовых компаний Азербайджана, объявила в Хьюстоне (штат Техас, США) о завершении приобретения активов в сфере добычи нефти и газа на четырех разрабатываемых нефтегазовых месторождениях вблизи Мидленда (штат Техас, США).

О перспективах подобных частных инвестиций и в целом о международной деятельности SOCAR в интервью «Бакинскому рабочему» рассказал руководитель Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан.

- Насколько успешно осуществляется зарубежная деятельность отечественных нефтегазовых компаний?

- Азербайджанские нефтегазовые компании постепенно выходят за пределы национального рынка и начинают осваивать международный опыт и активы. В мае 2024 года SOCAR впервые вошла в добывающий сектор ОАЭ. В январе 2025 года SOCAR получила 10% долю в газовом проекте на израильском шельфе, где ведется добыча. В том же году в марте SOCAR подключилась к разведочному проекту на израильском шельфе. А в июле 2025 года SOCAR впервые за пределами Азербайджана стала оператором разведочного проекта по блоку «Устьюрт» в Узбекистане. Также национальная нефтегазовая компания вошла в нефтегазовый проект на шельфе Западной Африки. В июле текущего года же азербайджанская частная нефтегазовая компания стала оператором в добывающем проекте в Техасе.

То есть, мы наблюдаем как все больше растут добывающие и разведочные активы отечественных компаний за пределами Азербайджана. Это важный этап развития отечественных добывающих компаний, но оценивать его нужно не по громкости объявлений, а по реальным результатам. Поэтому, необходимо подождать некоторое время и мы увидим эти результаты.

Что касается деятельности компании «GL Group», то на мой взгляд, это действительно серьезный шаг, причем не только для самой компании, но и для частного нефтегазового сектора Азербайджана. Тут необходимо понимать масштаб приобретения. «GL Group» получила активы на четырех действующих нефтегазовых месторождениях в Техасе, в составе которых насчитывается более 200 работающих скважин. Причем компания не просто приобрела долю, а получила право самостоятельно управлять этими активами. Особенно важно, что речь идет о Пермском бассейне - крупнейшем нефтедобывающем регионе США, где сосредоточена почти половина всей американской добычи нефти.

Для «GL Group» это выход на один из наиболее конкурентных нефтегазовых рынков мира. Здесь придется конкурировать с компаниями, обладающими огромным опытом и финансовыми возможностями. Я бы назвал эту сделку важным качественным шагом в развитии азербайджанского частного нефтегазового бизнеса.

- Как вы оцениваете сделку SOCAR с американской компанией Comstock Resources Inc?

- Это уже сделка совершенно другого масштаба. Речь идет о планируемой инвестиции SOCAR в размере $1,65 млрд в американские газовые активы.

SOCAR намерена приобрести доли в нескольких проектах компании Comstock Resources, работающей в бассейне Хейнсвилл на территории штатов Луизиана и Техас. Это один из важнейших газодобывающих регионов США, расположенный относительно близко к терминалам экспорта сжиженного природного газа (СПГ). На мой взгляд, здесь сразу следует выделить два важных момента.

Первый: SOCAR получает доступ к крупной ресурсной базе американского газа, то есть расширяет свои возможности за пределами традиционных рынков деятельности.

Второй: это возможность участвовать в международной торговле газом. Компании намерены изучить варианты продажи части добываемого газа на международных рынках в виде СПГ.

Но имеется важная деталь: SOCAR не становится оператором этих месторождений. Управление добычей и все сопутствующей инфраструктурой остается за американским партнером. Это позволяет азербайджанской компании войти в американский бизнес, используя опыт уже работающего оператора. Я бы оценил эту сделку как стратегическую инвестицию, которая может принести SOCAR не только финансовую отдачу, но и новые возможности на мировом газовом рынке.

- Для чего отечественной компании участвовать в проектах, связанных со сланцевым газом в США, ведь у SOCAR отсутствует опыт подобного рода проектов?

- У Гостнефтекомпании Азербайджана многолетний опыт разведки, добычи, транспортировки и продажи углеводородов. Но действительно, американская сланцевая промышленность имеет свои особенности, и непосредственно такого опыта у SOCAR пока нет. Однако именно поэтому подобные проекты представляют интерес. В современной нефтегазовой отрасли необязательно самостоятельно осваивать все технологии с нуля. Можно инвестировать в действующие проекты, сотрудничать с опытными компаниями и постепенно перенимать необходимые знания. В случае с Comstock SOCAR входит в проект вместе с американским партнером, который сохраняет управление добычей. Таким образом, компания получает возможность изучать американскую модель бизнеса, не беря на себя всю ответственность за технологические и производственные процессы.

Кроме того, обратите внимание на географию. Американский газовый рынок тесно связан с экспортом СПГ. Это открывает дополнительные возможности для международной торговли, в которой SOCAR уже имеет определенный опыт. Иными словами, речь идет не просто о покупке газа или доли в месторождениях, а о расширении бизнеса и освоении новых направлений деятельности.

- SOCAR, участвуя в такого рода проектах, имеет шанс войти в когорту мировых нефтегазовых компаний?

- Я считаю, что SOCAR уже давно вышла за рамки национальной нефтяной компании. У нее есть международные проекты, зарубежные активы, нефтеперерабатывающие предприятия, нефтехимические производства и международная торговля энергоресурсами. Но стать действительно крупной международной нефтегазовой компанией - это не значит просто приобрести активы в нескольких странах. Для этого необходимы три составляющие: собственная ресурсная база за рубежом, устойчивые финансовые результаты и способность самостоятельно управлять крупными международными проектами. Полагаю, что сделки, недавно осуществленные в США, могут приблизить SOCAR к этой цели. Но я бы не торопился с громкими заявлениями. Нужно посмотреть, насколько успешно компания реализует эти инвестиции, какую прибыль они принесут и сможет ли SOCAR расширять свое присутствие на международном рынке. В конечном итоге международный статус компании определяется не количеством стран на карте ее присутствия, а масштабом бизнеса, эффективностью управления и реальным экономическим результатом.

- Следует ли теперь ожидать активизации деятельности американских нефтегазовых компаний в Азербайджане?

- На мой взгляд, определенные предпосылки для этого уже сформировались. И здесь важно обратить внимание на то, что сотрудничество развивается не только в направлении инвестиций азербайджанских компаний в США, но и в обратном направлении. В качестве примера можно привести соглашение SOCAR с американской ExxonMobil по изучению и освоению нетрадиционных запасов нефти и газа в Среднекуринской впадине. Компании участвуют в проекте на равных условиях - по 50%, а оператором выступает ExxonMobil. Это очень показательный пример: американская компания приходит в Азербайджан со своими технологиями и опытом, а SOCAR предоставляет знание местной геологии и возможности для совместной работы. Полагаю, что в ближайшие годы интерес американского бизнеса к азербайджанскому нефтегазовому сектору может возрасти.

Но не стоит ожидать, что вслед за этими соглашениями сюда сразу придут десятки новых компаний. Все будет зависеть от результатов геологических исследований, перспектив коммерческой добычи и инвестиционной привлекательности конкретных проектов. Главное, на мой взгляд, заключается в том, что энергетическое сотрудничество Азербайджана и США постепенно переходит на новый уровень. Если раньше американские компании преимущественно инвестировали в разработку азербайджанских месторождений, то теперь мы наблюдаем взаимное движение капитала, технологий и деловых интересов. Это положительная тенденция для обеих стран.